Техника для холодного ресайклинга
Обзор российского рынка
С новым краном!
40-тонные краны на автомобильных шасси
Мал золотник...
Российский рынок мини-погрузчиков
Электропривод карьерного экскаватора
 4
Новая технология экономии дизельного топлива
Дизель-газовая система от британской компании GSPK Multifuel Technology
Секреты «долголетия» ходовой части гусеничных машин (ч. 7)
Техническое обслуживание и ремонт ходового механизма
Уход за резиновой обувью
Практические советы по эксплуатации шин
Диметиловый эфир (ч.2)
Надежды конструкторов, водителей и экологов
Раздаточные коробки грузовых автомобилей повышенной проходимости
Немецкие грузовики Henschel
Как продлить ресурс дорожно-строительных машин и их компонентов (ч. 3)
Прокладка стальных футляров
Технологии закрытой прокладки защитных кожухов при бестраншейной прокладке трубопроводов

Впечатления со всего мира

У. Пугачева, фото Л. Клинова

Мы уже сообщали нашим читателям о завершении кругосветного автопробега на автомобилях ЗИЛ, организованного заводом имени И. А. Лихачева и Клубом «Приключение». Теперь участники пробега – водитель-испытатель Игорь Лифанов и инженер Кирилл Журавлев – рассказывают о своих приключениях на дорогах 11 стран, границы которых пришлось пересечь экспедиции.

Корр.: Для проезда через Америку в Сиэтле вам нужно было пройти техосмотр. Расскажите, как это было.

Журавлев: Не только техосмотр, но и получить свидетельство на выброс дыма. Удалось это только со второго раза. Техосмотры в Америке проводят технические центры. Сами все ремонтируют, и выписывают справку, что машина нормальная. В первом техцентре у нас отношения не сложились. Сначала нам сказали: «У вас не горит лампочка в фаре». Мы ее заменили. Они смотрят недоверчиво: «Ну и что это она у вас загорелась? Вы, наверное, по ней постучали. Не может быть, что вы ее действительно заменили». Для них, оказывается, большая дикость, что кто-то сам меняет лампочки в фарах. В Америке это не принято. Тем более, когда они узнали, что мы с Леонидом Клиновым по профессии инженеры, еще больше удивились: «Инженеры? Лампочки меняют?!»

Дальше обратили внимание на то, что на ступицах есть следы масла. Пыль темного цвета. У нас этого просто не замечают. А с их точки зрения, если на ступицы протекает масло, оно может попасть на тормозные колодки, и торможение будет неэффективным. «Это плохо – говорят, – мы вам можем все устранить, как только получим запчасти из России». Мы даже не стали спрашивать, сколько денег и времени на это уйдет, поехали в другой техцентр.

Там на ступицы даже не глянули, но сказали, что в рулевой тяге люфт больше, чем надо. Мы их уверили, что все исправим, подложили шайбочку, и получили все справки без проблем. Тест на дымность, как выяснилось, можно было не проходить. Там есть такое правило: без этого разрешения можно ездить две недели с момента обращения в техцентр, а мы Америку покинули сразу, и в тот же день были уже в другой стране, в Канаде. Там американский техосмотр годится, но у нас его ни разу не спрашивали.

Корр.: Для проверки документов или за превышение скорости вас останавливали?

Лифанов: В Сиэтле я два раза видел, по-моему, одного и того же полицейского, который измерял скорость радаром. Но мы ехали по правилам. Большинство полицейских там следят за правилами парковки автомобилей, и выписывают штрафы. Так вот, если они видят, что машина стоит в неположенном месте, то не пишут штраф сразу, а сначала вежливо предлагают: «Отъедьте подальше, уважаемый, здесь стоять нельзя». А если скажешь: «Я на две минуты, у меня жена в магазин ушла», то и стой на здоровье.

Корр.: У вас была серьезная авария в Торонто. Как вели себя полицейские?

Журавлев: Дело было так. Наш головной автомобиль повернул налево, никого не пропуская, и прямо в лоб ему врезался «Понтиак». Помогло то, что валил снег, и скорости были маленькие. Люди совершенно не пострадали. Но сам факт: авария, большой ущерб машине, искореженный металл, капот в гармошку. Я как увидел это, думаю, все, конец нашему путешествию.

Приехала «скорая», две полицейские машины, и начался «разбор полетов». В одну машину посадили мужчину и женщину из «Понтиака», в другую – виновного водителя, Сергея Сербинова, и Стефанию Дзини в качестве переводчика. Она единственная в команде хорошо владела английским. Рации у полицейских, конечно, были, но опрос проходил без их использования. Если было нужно, то один из полицейских перебегал от машины к машине, и спрашивал, что было необходимо через окошечко. Делалось это специально, чтобы пострадавшие не оказывали влияния друг на друга. Потом полицейские проверили у нас документы, используя такие выражения: «А не будете ли вы так любезны показать вашу страховку? Пожалуйста, если вас не затруднит, предъявите права».

Заключительный этап был вообще бесподобен. Полицейские сообщили: «Мы должны вручить вам копию протокола. Назовите адрес, куда мы его вам пришлем. Или давайте съездим тут неподалеку, и в течение 7 минут сделаем ксерокопию, которую вы сразу заберете». Стефания говорит: «Конечно, поехали», и садится в машину. Полицейские замялись, но потом говорят: «Вы извините, но мы не можем вас везти с собой одну в полицейской машине. Нужен свидетель, который в случае чего докажет, что мы к вам не приставали». И Стефания ездила получать копию со свидетелем. На прощанье полицейский выдал совсем немыслимое: «Простите, мне об этом сложно говорить, но я обязан выписать вам счет на 50 долларов за вызов полиции. Но вы не принимайте это близко к сердцу. Его можно не оплачивать, потому что вы все равно уезжаете из Канады».

Корр.: Говорят, вы заблудились в Нью-Йорке?

Лифанов: Много улиц с односторонним движением, платных дорог, эстакад, хайвеев, которые между собой не связаны. Проскочил поворот, и едешь километров 20–30 до следующего.

Обратно пытаешься вернуться, и опять та же история. Свой отель в Нью-Йорке мы никак не могли найти. На карте видно, что вот он, справа, а подъехать к нему нельзя. Запрещающий знак. У нас там еще была легковая машина, взятая в аренду. И вот, грузовики встали на улице, а легковую отправили искать дорогу в отель. Когда нашли, возникла другая проблема: как теперь вернуться и найти грузовики. Тем временем, пока ждали, к ЗИЛам подъехал с включенной «мигалкой» полицейский. Может, ему местные жители позвонили, что стоят с работающими двигателями большие грузовики, мешают на узкой дороге, да еще шумят, а может, он и сам увидел, что нам нужна помощь. Мы объяснили, в чем проблема. «За мной», – говорит. Включил опять «мигалку» и через все запрещающие знаки быстро проводил нас до отеля. Как раз вовремя, ребята еще не успели за нами выехать. Полицейский показал, как на стоянку отеля проехать, и по рации доложил, что проблема решена. Никаких обвинений и проверок. Помог и поехал другие проблемы решать.

Корр.: Как вы справлялись с левосторонним движением в Англии?

Лифанов: Взяли в аренду микроавтобус, и тренировались, пока не научили англичан ездить по правой стороне. Шучу, конечно. В Лондон мы прилетели на самолете и сразу взяли семиместный «Рено», потому что это дешевле, чем ездить на такси. Набились в него, как шпроты в банку, вещей было много. Я сразу сел за руль. Он, как у всех англичан, справа. Всю дорогу заставлял себя держаться левой стороны. Поначалу, пока ехали из аэропорта, было сравнительно легко. Никаких светофоров, перекрестков, ровная дорога; а когда начался пригород, и появились перекрестки с круговым движением, где надо поворачивать не направо, а налево, голова работала со скрипом. Примерно на четвертый день я уже не испытывал особых трудностей. Первое время наезжал на бордюрчики, а потом привык. Когда мини-вэн сдали, и я сел на грузовик, пришлось снова привыкать, что руль слева.

Журавлев: В Англии 80 % работы полицейских на дорогах – парковки. Там с этим очень строго. У каждой машины есть свое место. Буквально так: идет запрещающая желтая линия, и в ее конце разрыв, разрешающий парковку только одной машине с фамилией или надписью: «Приват». Частная, значит.

Лондон мы проехали ночью, и направились по побережью в Дувр, оттуда – сразу во Францию. Через Париж проехали в час пик. Это была почти сплошная вялотекущая пробка. Нам даже по сторонам посмотреть не удалось, потому что поток все время двигался, легковушки мелькали рядом, только успевали за дорогой следить.

В Европе с полицейскими мы встретились только в Милане, где они просто виртуозно сопровождали нас на мотоциклах. Блокировали боковые проезды, вокруг машин как пчелки крутились, и провели нас великолепно к Итальянскому автоклубу, а потом и в центр города на Дуомскую площадь.

Лифанов: В Милане движение такое же беспорядочное, как в Москве. Никто тебе не уступает, все ездят с позиции силы. Никаких правил парковки как будто не существует, машины стоят где угодно: и на газонах, и на тротуарах, и под мостами. Можно поставить автомобиль на два колеса боком, лишь бы другой мимо мог просунуться. Мотоциклы везде на тротуарах, как фантики из-под конфет, мотороллеров много. Дорожные знаки, конечно, есть, но на них никто не смотрит. Мы там катались на легковой машине, смотрели, как лучше проехать, чтобы красиво снять грузовики на фоне соборов. Нарушили правила раз 10, наверное, но никто нас за это не остановил. Причем, в центре города было очень много полицейских, они все это видели. Логика, видимо, такая: едут – значит надо.

Журавлев: Водитель из нашего консульства, который был за рулем легковой машины, и знает местные нравы, спокойно ездил по улице навстречу одностороннему движению.
Корр.: Не было ли опасных ситуаций на трассах, во время стоянок, например?
Лифанов: В Литве полицейские нас предупредили: останавливайтесь поближе к постам, потому что у нас небезопасно. Как-то мы встали за лесочком, они подъезжают к нам и говорят: «По нашей ориентировке вы уже должны приближаться к Калининграду, а на постах вас не видели». Оказывается, они довольно долго мотались, искали, куда мы провалились, переживали, не случилось ли чего.

В Белоруссии в Минске постовая машина дежурила всю ночь возле наших машин, чтобы никто не залез, и нас не беспокоил.

Вместо послесловия

За время путешествия все водители здорово привыкли к вежливому обращению дорожных полицейских. На следующий день после приезда в Москву Игорь Лифанов на заводском автобусе поехал в Бронницы, и тут же «налетел» на 50 рублей штрафа за превышение скорости. «А вот в Америке за такую скорость не штрафуют» – вздохнул он. «Знай наших» – ответил ему инспектор.

 

ЧИТАЛЬНЫЙ ЗАЛ Бренд ЗиЛ
У. Пугачева, фото Л. Клинова Основные Средства 04'2001 17 марта 2005

Комментарии (0)